1 апреля 1920 г.

1 апреля 1920 г. после вызванного репрессиями против рабочего движения (включая меньшевистское крыло гумметистов) правительственного кризиса и отставки левых министров председатель правительства Азербайджанской Демократической Республики Насиб-бек Усуббеков был вынужден уйти в отставку. Главой правительства был назначен представлявший левое крыло мусаватистов Мамед Гасан Гаджинский, уступивший в безуспешные переговоры с коммунистами о формировании коалиционного правительства.

В тот же день на утреннем заседании IX съезда РКП(б) обсуждался вопрос о профессиональных союзах. Докладчик Бухарин осудил как «крайности» и сторонников передачи руководства промышленности профсоюзам (Ларина и Шляпникова), так и сторонников предельной милитаризации трудовой сферы и ограничения прав профсоюзов (не называя имен). Так же он раскритиковал точку зрения, согласно которой пролетарское государство является «чем-то менее рабочим», чем профсоюзы, однако осудил и умаление роли профсоюзов как организаций, втягивающих беспартийных рабочих в советское строительство. Рязанов призвал к разделению полномочий между совнархозами (управление производством) и профсоюзами (учет и распределение рабочей силы, охрана труда, просветительская работа) и обвинил часть профсоюзных работников в рабочеаристократических тенденциях. Молотов предложил дополнить доклад Бухарина указанием на организационную роль профсоюзов. Со стороны оппозиции выступил Лутовинов, обвинивший парткомы во вмешательстве профсоюзные дела при некомпетентности в касающихся профсоюзов вопросах. Томский выступил против лозунга огосударствления профсоюзов, отметив что в устах выдвигающих этот лозунг он на деле означает много различных проектов их организационной перестройки, а подчинение государству организаций, куда более многочисленных, чем правящая партия, невозможно. Лозовский же обвинил сторонников огосударствления профсоюзов в отрицании необходимости отмирания государства.

Вечернее заседание съезда было полностью посвящено докладу Радека о задачах Коминтерна.

Польское правительство заявило об отказе проводить мирные переговоры с РСФСР где-либо, кроме прифронтового Борисова, таким образом фактически расписавшись в том, что единственной целью ранее данного согласия на переговоры было предотвращение контрнаступления красных в Белоруссии.