Нападение Германии на СССР*

Формирование антифашистской коалиции. Крах «блицкрига» под Москвой

Трагическое начало Великой Отечественной войны советского народа

План «Барбаросса» предусматривал внезапное наступление вооруженных сил Германии с союзниками в Европе и достижение победы над СССР в короткие сроки одним стратегическим усилием: испытанным способом «блицкрига». Планировалось разгромить Красную Армию за 8-10 недель и закончить войну «до наступления зимних холодов».

ДОКУМЕНТЫ И МАТЕРИАЛЫ

Фюрер и верховный главнокомандующий вооруженными силами.

Верховное главнокомандование вооруженных сил.

Штаб оперативного руководства

Отдел обороны страны.

№ 33408/40.

Ставка фюрера 18.12.1940.

9 экз. Экз. № 2

Совершенно секретно. Только для командования.

Директива № 21 План «Барбаросса»19

Германские вооруженные силы должны быть готовы разбить Советскую Россию в ходе кратковременной кампании еще до того, как будет закончена война против Англии. (Вариант «Барбаросса».)

Сухопутные силы должны использовать для этой цели все находящиеся в их распоряжении соединения, за исключением тех, которые необходимы для защиты оккупированных территорий от всяких неожиданностей.

Задача военно-воздушных сил — высвободить такие силы для поддержки сухопутных войск при проведении Восточной кампании, чтобы можно было рассчитывать на быстрое завершение наземных операций и вместе с тем ограничить до минимума разрушения восточных областей Германии вражеской авиацией. Однако эта концентрация усилий ВВС на Востоке должна быть ограничена требованием, чтобы все театры военных действий и районы размещения нашей военной промышленности были надежно прикрыты от налетов авиации противника и наступательные действия против Англии, особенно против ее морских коммуникаций, отнюдь не ослабевали.

Основные усилия военно-морского флота должны и во время Восточной кампании, безусловно, сосредоточиваться против Англии.

Приказ о стратегическом развертывании вооруженных сил против Советского Союза я отдам в случае необходимости за восемь недель до намеченного срока начала операций.

Приготовления, требующие более продолжительного времени, если они еще не начались, следует начать уже сейчас и закончить к 15.5.41 г.

Решающее значение должно быть придано тому, чтобы наши намерения напасть не были распознаны.

Подготовительные мероприятия высших командных инстанций должны проводиться, исходя их следующих основных положений.

1. Общий замысел

Основные силы русских сухопутных войск, находящиеся в Западной России, должны быть уничтожены в смелых операциях посредством глубокого, быстрого выдвижения танковых клиньев. Отступление боеспособных войск противника на широкие просторы русской территории должно быть предотвращено.

Путем быстрого преследования должна быть достигнута линия, с которой русские военно-воздушные силы будут не в состоянии совершать налеты на имперскую территорию Германии.

Конечной целью операции является создание заградительного барьера против Азиатской России по общей линии Волга — Архангельск. Таким образом в случае необходимости последний индустриальный район, остающийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации…

<…>

Адольф Гитлер Верно: капитан (подпись)

Hitlers WeisungenS. 84–88.

Одновременно разрабатывались чудовищные планы колонизации захваченных территорий, о чем свидетельствуют инструкции и директивы, собранные в «Зеленой папке» от 23 мая 1941 г., и генеральный план «Ост» — один из самых позорных документов в истории человечества. В нем предусматривалось выселить с территории Польши и западной части Советского Союза 31 млн. человек и поселить на этих землях 10 млн. немцев. Оставшееся население предполагалось онемечить и «сократить специальными мероприятиями».

Письмо Бормана Розенбергу относительно политики на оккупированных территориях20

Рейхслейтер Мартин Борман

Господину рейхслейтеру Альфреду Розенбергу

Берлин 35

Копия!

Ставка фюрера,

23.7.1942.

Во/а.

Совершенно секретно

Государственной важности! Лично!

Раухштрассе 17/18

Многоуважаемый партейгеноссе Розенберг!

По поручению фюрера я довожу до Вашего сведения его пожелание, чтобы Вы соблюдали и проводили в жизнь в политике на оккупированных восточных территориях следующие принципы.

1. Мы можем быть только заинтересованы в том, чтобы сокращать прирост населения оккупированных восточных областей путем абортов. Немецкие юристы ни в коем случае не должны препятствовать этому. По мнению фюрера, следует разрешить на оккупированных восточных территориях широкую торговлю предохранительными средствами. Ибо мы нисколько не заинтересованы в том, чтобы ненемецкое население размножалось.

2. Опасность, что население оккупированных восточных областей будет размножаться сильнее, чем раньше, очень велика, ибо само собою понятно, его благоустроенность пока намного лучше. Именно поэтому мы должны принять необходимые меры против размножения ненемецкого населения.

3. Поэтому ни в коем случае не следует вводить немецкое обслуживание для местного населения оккупированных восточных областей. Например, ни при каких условиях не должны производиться прививки и другие оздоровительные мероприятия для ненемецкого населения.

4 Ни в коем случае не следует давать местному населению более высокое образование. Если мы совершим эту оплошность, мы сами породим в будущем сопротивление против нас. Поэтому, по мнению фюрера, вполне достаточно обучать местное население, в том числе так называемых украинцев, только чтению и письму.

5. Ни в коем случае мы не должны какими бы то ни было мероприятиями развивать у местного населения чувства превосходства! Необходимо делать как раз обратное!

6. Вместо нынешнего алфавита в будущем в школах надо ввести для обучения латинский шрифт.

7. Немцы должны быть обязательно удалены из украинских городов. Даже размещение их в бараках вне городов лучше, чем поселение внутри городов. Ни в коем случае не следует строить русские (украинские) города или благоустраивать их, ибо местное население не должно иметь более высокого жизненного уровня.

Немцы будут жить в заново построенных городах и деревнях, строго изолированных от русского (украинского) населения. Поэтому дома, строящиеся для немцев, не должны быть похожи на русские (украинские). Мазанки, соломенные крыши и т. д. для немцев исключаются.

8. На коренной территории империи, подчеркнул фюрер, слишком многие вещи регламентированы законом. Этого мы ни в коем случае не должны практиковать в оккупированных восточных областях. Для местного населения не следует издавать слишком много законов: здесь надо обязательно ограничиться самым необходимым. Немецкая администрация должна быть поэтому небольшой. Областному комиссару надлежит работать с местными старостами. Ни в коем случае не следует создавать единого украинского правления на уровне генерального комиссариата или даже рейхскомиссариата…

Ваш М. Борман

«Военно-исторический журнал», 1965, № 1, стр. 82–83.

Вопрос о том, почему Гитлер решился напасть на СССР в 1941 г., не завершив борьбы с Англией, поддерживаемой США, будет окончательно прояснен, вероятно, только после опубликования всех документов по «делу Гесса» — первого заместителя Гитлера по партии, который 10 мая 1941 г. прилетел на личном самолете в Англию. Там его арестовали и содержали как пленника. После войны Гесс многие годы находился в тюрьме, где и умер при странных обстоятельствах. По донесениям советских разведчиков, он

«прибыл в Англию для заключения компромиссного мира, который должен приостановить увеличивающееся истощение обеих воюющих сторон и предотвратить окончательное уничтожение Британской империи как стабилизирующей силы»21.

Сведения, поступившие советскому руководству из США и самой Германии, подтверждали, что его вояж в случае успеха мог ускорить нанесение удара по Советскому Союзу. Были ли достигнуты какие-то договоренности, остается тайной, скрытой в британских архивах, но война началась немногим позже месяца со дня приземления Гесса в Шотландии.

Советское руководство зимой — весной 1941 г., сознавая угрозу фашистской агрессии в самом скором времени, направило основное внимание на подготовку вооруженных сил к отражению нападения Германии и переводу страны на военное положение. К весне 1941 г. проведено скрытное мобилизационное развертывание Красной Армии до уровня военного времени — 303 дивизии; на западных границах созданы армии прикрытия в составе 186 дивизий, включая 16 дивизий второго стратегического эшелона; развернута подготовка западного театра военных действий — ускорено строительство укрепленных районов на новых границах и восстановление старых на прежней границе.

Создавая мощную группировку сил на западе, Сталин рассчитывал не только обеспечить надежную защиту, но и полагал, что Гитлер, имея в тылу воюющую Англию, не решится выступить против столь крупных сил без предварительной подготовки. В апреле — июне 1941 г. принимались новые срочные меры по повышению боевой готовности. Фактически с марта 1941 г. происходило встречное развертывание вооруженных сил Германии для агрессии, а Красной Армии — для ее отражения.

Несмотря на многочисленные донесения о готовящемся нападении с указанием различных (в том числе и достоверных) сроков начала военных действий, оперативного плана «Барбаросса» ни советская, ни западная разведка не имела. Сосредоточение немецких войск на границах могло служить и средством давления с предъявлением политических требований. Такой вариант развития событий предполагал Разведывательный комитет Англии в докладе 31 мая 1941 г.22 Возможность переговоров с Гитлером под угрозой нападения не исключал и Сталин. Он считал проведенные весной мероприятия вполне достаточными, а состав армий прикрытия способным отразить нападение. Фактический перенос гитлеровским руководством сроков начала агрессии в связи с войной на Балканах давал ему надежду, что нападение задержится до 1942 г., а в Красной Армии к этому времени завершится перевооружение и полное формирование по новым штатам.

Основной политической задачей, считал Сталин, было не дать повода Гитлеру для объявления войны, как дал его Германии Николай II в Первую мировую войну. Советское правительство 14 июня публикует заявление ТАСС, в котором указывается: «…СССР, как это вытекает из его мирной политики, соблюдал и намерен соблюдать условия советско-германского пакта о ненападении…» Весь мир был оповещен, что Советский Союз не намерен нападать на Германию. Ответа с германской стороны не последовало.

Предыдущие агрессии Германии предварялись политическими требованиями и пограничными провокациями. При всех ранее известных способах начала войны оставалось некоторое время для приведения войск в готовность к боевым действиям. В цивилизованном мире еще не было случаев, чтобы государство, подписавшее договор о границе и дружбе (в немецком варианте), начало тотальную войну без предъявления каких-либо претензий. Несмотря на просьбы военных, Сталин до 21 июня не давал разрешения на приведение войск западных округов в состояние полной боевой готовности.

Под лавиной разведывательных данных о начале наступления немцев Сталин вечером 21 июня разрешил привести приграничные военные округа в боевую готовность. В директиве № 1 Наркома обороны и начальника Генерального штаба, переданной в округа 22 июня в 0 ч 30 мин., указывалось:

«1. В течение 22–23.6.1941 г. возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, ПрибОВО, ЗапОВО, КОВО, ОдВО. Нападение может начаться с провокационных действий (выделено авт.).

2. Задача наших войск — не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения.

Одновременно войскам Ленинградского, Прибалтийского, Западного, Киевского и Одесского военных округов быть в полной боевой готовности встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников…

<…>

21.6.41 Тимошенко. Жуков»23

Как видно из текста, предполагались провокационные действия гитлеровцев. Директива же получена в войсках в 3–4 ч утра, когда военные действия развернулись в полном масштабе. Но даже в директиве № 2, отданной в 7 ч 15 мин. 22 июня, все еще указывалось: «…войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу. Впредь до особого распоряжения наземную границу не переходить (выделено авт.)». Советское политическое и военное руководство все еще исходило из представления о возможном поэтапном развитии конфликта, не предполагая столь бандитской степени вероломства, и остерегалось переходить границу, не давая повода к обвинению СССР в агрессии. Вечером 22 июня Главный Военный Совет в директиве № 3, исходя из «Плана обороны государственной границы 1941 г.», дал указание фронтам «организовать решительные контрудары с целью разгрома вклинившихся группировок немецко-фашистских захватчиков»24. Так началась Великая Отечественная война советского народа.

Утром 22 июня по радио выступил заместитель Председателя Совета Народных Комиссаров СССР и Народный комиссар иностранных дел В.М. Молотов. Он сказал, что германское правительство до последней минуты не предъявляло никаких претензий советскому правительству, и Германия совершила вероломное нападение, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза. Заявление заканчивалось словами:

«Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами».

Вечером 22 июня 1941 г. с обращением к английскому народу выступил Черчилль, который заявил: «…опасность, угрожающая России, — это опасность, угрожающая нам и Соединенным Штатам, точно так же, как дело каждого русского, сражающегося за свой очаг и свой дом, — это дело свободных людей и свободных народов во всех частях земного шара». Президент Рузвельт 24 июня сказал на пресс-конференции: «Разумеется, мы собираемся предоставить России всю ту помощь, которую сможем».

Так были сделаны первые шаги к созданию антифашистской коалиции. Вторая мировая война окончательно приобрела освободительный антифашистский характер. Однако и в США, и в Великобритании существовали политические силы, выступавшие против помощи СССР. Складывание антифашистской коалиции шло сложным путем. Последовательные шаги к военно-политическому союзу государств с различным общественным строем в борьбе против общего врага — фашизма — делались под воздействием событий на советско-германском фронте.

Гитлеровское командование с началом войны ввело в сражение в первом стратегическом эшелоне основные силы вермахта. В соответствии с планом «Барбаросса» трем группам армий — «Север», «Центр» и «Юг» — ставилась задача рассечь мощными танковыми клиньями главные силы Красной Армии, находящиеся в западной части Советского Союза, и уничтожить их, воспрепятствовав отходу боеспособных войск «в глубину русского пространства» за линию Днепр — Западная Двина. В последующем намечалось быстрое продвижение войск без существенного противодействия на Ленинград, Москву и в Донбасс. На третьем этапе предусматривался выход немецко-фашистской армии на линию Архангельск — Волга — Астрахань.

Для выполнения задач выделено 153 немецкие дивизии и 37 дивизий союзников Германии. В первом стратегическом эшелоне находились 129 немецких и 37 дивизий стран сателлитов, а 24 немецкие дивизии — в резерве. Вся группировка включала 70 % всех дивизий Германии, 75 % орудий и минометов, 90 % танков и свыше 90 % боевых самолетов.

Современные исследования с использованием ранее закрытых архивных материалов показывают, что советские войска уступали по численности личного состава более чем на 1 млн., но по числу танков и самолетов превосходили противника более чем в два раза25. Однако большая часть советской военной техники состояла из устаревших образцов и уступала немецкой по качеству.

Первые удары гитлеровских захватчиков на рассвете 22 июня оказались внезапными для соединений и частей Красной Армии, находившихся в местах постоянной дислокации в мирное время. В результате только на аэродромах уничтожено 900 самолетов, враг захватил господство в воздухе, разрушил систему связи, дезорганизовал управление войсками, нарушил их тыловое обеспечение.

Условия начала войны оказались крайне тяжелыми для войск приграничных округов. Противник начал военные действия в заранее намеченные сроки в полной боевой готовности, по тщательно разработанным планам, развернутыми в оперативном построении мощными группировками, превосходящими наши войска на главных направлениях в 6–8 раз.

В многочисленной исторической литературе одной из главных причин поражения Красной Армии в начальном периоде войны считается просчет Сталина в дате нападения Германии и запоздалое приведение войск в боевую готовность. Однако современные исследования показывают, что главная причина — это переоценка боеспособности советских войск и просчет в определении способа развязывания войны противником.

Переход Красной Армии от милиционной системы на кадровую только завершался, реорганизации 1940–1941 гг. были не обеспечены подготовленными кадрами, возник некомплект командного состава, сказались и репрессии среди его старшего звена. К лету 1941 г. 75 % командиров находились на своих должностях менее двух лет и не имели ни достаточной подготовки, ни опыта управления войсками. Запоздало и начало перевооружения Красной Армии новыми образцами военной техники. Спешные меры 1940–1941 гг. уже не могли исправить положения к началу войны. Командование Красной Армии в оперативно-стратегических расчетах пользовалось завышенными данными о возможностях своих войск, особенно при ведении обороны в условиях начала войны.

Советское руководство в соответствии с замыслом начальных операций давало противнику по политическим мотивам возможность первым начать военные действия (идея «ответного удара»). Но оно не предполагало действительных масштабов и последствий упреждающего массированного удара авиации и крупных танковых соединений, а также участия в наступлении с первых дней войны основных сил вермахта. В таких условиях и против такого противника, как показывают современные расчеты, силы приграничных округов не могли сдержать его наступления и нанести эффективные контрудары, как это предусматривалось предвоенными планами, даже если бы и были приведены в полную боевую готовность к началу военных действий.

На огромном советско-германском фронте между старой и новой государственными границами и в приграничных районах развернулись тяжелые встречные сражения. Ставка в конце июня приняла решение о переходе к стратегической обороне. Ожесточенные бои главных сил приграничных округов в течение первых недель обернулись трагедией. Противник нанес крупное поражение Красной Армии и значительно изменил соотношение сил в свою пользу. Трагедия начального периода тяжело отразилась на дальнейшем ходе Великой Отечественной войны.

3 июля 1941 г. по радио выступил председатель Государственного Комитета Обороны И.В. Сталин. Он сказал об огромной опасности, нависшей над страной, объявил освободительные цели войны и программу борьбы с фашистскими захватчиками, выразил уверенность, что мы будем иметь верных союзников в лице народов Европы и Америки.

Советские войска героически сражались с превосходящими силами противника, но вынуждены были отступать, неся большие потери. Высокая маневренность танковых и механизированных соединений противника позволяла им окружать группировки советских войск и развивать наступление ускоренными темпами. Однако гитлеровское командование вскоре убедилось, что война против СССР сильно отличается от предыдущих кампаний и оно серьезно недооценило силу Красной Армии.

К середине июля наступление фашистских войск на ленинградском и киевском направлениях захлебнулось, а на смоленско-московском развернулись упорные бои. Советскому командованию удалось создать сплошной фронт стратегической обороны из отступающих войск приграничных округов и выдвигаемых из глубины резервов. Гитлеровцы не смогли уничтожить главные силы Красной Армии до рубежа Днепра и развернуть беспрепятственное продвижение на Москву, Ленинград и Донбасс. План «Барбаросса» дал первую трещину.

В начале августа 1941 г. гитлеровское командование вынуждено было принять новый план ведения наступления и впервые перейти к обороне на главном направлении. В штабе группы армий «Центр» 4 августа состоялось совещание с участием Гитлера. На нем прозвучало признание, что силы Красной Армии недооценены. Гитлер заявил, что если перед началом похода его осведомили бы о действительной силе Красной Армии, «…то принять решение о необходимости наступать мне было бы намного труднее»26. В дневнике начальника штаба сухопутных войск генерала Гальдера 11 августа имеется характерная запись: «Общая обстановка показывает все очевиднее и яснее, что колосс Россия… был недооценен нами»27.

Перегруппировав войска и подтянув резервы, гитлеровское командование начинает в августе наступление превосходящими силами на южном и северном флангах советско-германского фронта. Одновременно готовилась операция на западном направлении. Врагу удалось нанести поражение обороняющимся войскам под Киевом и выйти на подступы к Ленинграду. Обстановка на советско-германском фронте в сентябре резко осложнилась. Противник превосходил советские войска в людях в 1,3 раза, орудиях и минометах — в 1,9, в самолетах — в 2,1 раза28. Гитлеровское руководство посчитало, что создались условия для решающего наступления на Москву.

Начало формирования антифашистской коалиции

Правящие круги Англии и США ясно сознавали угрозу завоевания фашистским блоком мирового господства. С начала нападения на Советский Союз они рассматривали борьбу на советско-германском фронте как благоприятную возможность, которая позволит им подготовиться к последующей схватке с участниками Тройственного союза. При этом первостепенное значение для них приобретал вопрос о том, как продлить сопротивление Советского Союза на более продолжительный срок.

Оценивая обстановку на советско-германском фронте, военные эксперты на Западе считали, что война завершится победой Германии через несколько месяцев.

«Разведывательный комитет, хотя и был осторожен, чтобы не связывать себя указанием точных сроков, считал, что война продлится всего лишь несколько месяцев», — отмечают английские историки29.

Военный министр США Г. Стимсон после совещания с военными руководителями 23 июня 1941 г. писал Рузвельту:

«В результате того, что Германия втянулась в эту войну с Россией, наше беспокойство значительно ослабло… Этот шаг почти напоминает дар Провидения… Германия будет основательно занята минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей разгрома России». По единодушному выводу всех участников совещания, агрессия Германии против СССР предоставляла США «драгоценную передышку»30.

Советское руководство прилагает энергичные усилия к созданию подлинного военно-политического союза для разгрома фашизма и освобождения народов Европы. Сталин 8 июля в беседе с С. Криппсом предложил заключить соглашение с Англией о сотрудничестве. Посол Великобритании рекомендовал своему правительству принять предложение, так как оно «связало бы русских обязательством продолжать свое сопротивление». Такое же мнение выразил и Черчилль:

«Если бы русские смогли продержаться и продолжать военные действия хотя бы до наступления зимы, это дало бы нам неоценимые преимущества. Преждевременный мир, заключенный Россией, явился бы ужасным разочарованием…»31

В итоге 12 июля в Москве подписано соглашение о совместных действиях Союза ССР и Великобритании в войне против Германии, по которому оба правительства обязались оказывать взаимопомощь и поддержку в войне, а также не вести переговоров и не заключать перемирия или мирного договора иначе как с обоюдного согласия. Так был сделан второй важный шаг к созданию антифашистской коалиции.

Существенную роль в укреплении отношений с США сыграл визит личного представителя Рузвельта, Г. Гопкинса, в конце июля в СССР, с целью «…определить, действительно ли положение столь катастрофично, как его рисуют в военном ведомстве…»32. В беседе со Сталиным он заявил о готовности США и Англии отправлять в СССР военные материалы, а для изучения стратегических интересов каждого фронта и каждой страны провести совещание трех правительств. Это совещание возможно, считал он, только тогда, когда будет известен исход сражений на советско-германском фронте. Гопкинс предложил созвать конференцию в первой половине октября. Поездка в СССР произвела на Гопкинса огромное впечатление, он телеграфировал Рузвельту:

«Я очень уверен в отношении этого фронта… Здесь существует безусловная решимость победить».

Укрепляя сотрудничество с Англией и США, советское руководство одновременно принимает меры к созданию широкой антифашистской коалиции. Коминтерн развертывает борьбу коммунистических партий за создание движений массового Сопротивления в оккупированных странах и в поддержку Советского Союза в Англии, США и нейтральных государствах. В соответствии с объявленными освободительными целями войны советское правительство в начале июля 1941 г. проинформировало эмигрантские правительственные круги Польши, Чехословакии и Югославии, что СССР выступает за восстановление независимости этих стран, считая вопрос о характере государственного строя в них внутренним делом самих народов. Между СССР и Чехословакией 18 июля 1941 г. подписано соглашение, предусматривающее восстановление дипломатических отношений, взаимную помощь в борьбе против Германии и создание национальных чехословацких воинских частей на территории СССР. После этого также и в Лондоне приняли решение установить дипломатические отношения с чехословацким правительством.

В результате советско-польских переговоров 30 июля подписано соглашение о восстановлении дипломатических отношений между СССР и Польшей, оно предусматривало взаимопомощь в войне с Германией и создание польской армии на территории СССР. В августе СССР установил дипломатические отношения с эмигрантскими правительствами Норвегии и Бельгии, а в конце сентября официально признал генерала Шарля де Голля как «руководителя всех свободных французов, где бы они ни находились». Советское правительство высказало решимость «обеспечить полное восстановление и независимости, и величия Франции». Так закладывались основы широкой антифашистской коалиции.

Руководители США и Англии, выяснив обстановку и перспективы развития событий на советско-германском фронте, приступили к согласованию своих планов. В бухте Ардженшия (о. Ньюфаундленд у восточных берегов Северной Америки) на американском линкоре «Огаста» и английском линкоре «Принс оф Уэлс» с 9 по 12 августа прошли переговоры Рузвельта и Черчилля. Они проходили по инициативе Рузвельта, который хотел еще до вступления в войну определить со своими союзниками основные положения послевоенного мира и тем самым избежать ошибки, как он считал, допущенной Вильсоном в Первую мировую войну. Черчилль желал получить у США гарантии защиты английских колоний от нападения Японии и хотел привлечь американцев к военным действиям в Северной Африке. Английской стороне не удалось добиться конкретных обещаний по военным вопросам, но обе стороны единодушно решили поддержать СССР, чему способствовал доклад Гопкинса о переговорах со Сталиным в Москве. В итоге стороны подписали 14 августа 1941 г. декларацию под названием «Атлантическая хартия». В ней объявлялся ряд демократических принципов устройства мира после победы над фашизмом.

Подписав декларацию, Рузвельт и Черчилль направили советскому правительству совместное послание с обещанием оказывать экономическую помощь и предложением созвать в Москве совещание трех великих держав для выработки программы наиболее целесообразного использования имеющихся ресурсов. Это решение — следующий серьезный шаг в создании антифашистской коалиции. Началом помощи Советскому Союзу стало прибытие в Мурманск 31 августа 1941 г., еще до совещания, первого английского конвоя с военными грузами.

В сентябре в Лондоне созвана международная конференция для согласования Атлантической хартии с союзниками Англии в войне. В ней приняли участие представители СССР, Великобритании, Бельгии, Чехословакии, Греции, Польши, Нидерландов, Норвегии, Люксембурга и движения «Свободная Франция». Советский представитель И.М. Майский огласил декларацию советского правительства, в которой выражалось согласие с основными положениями хартии, а также излагалась принципиальная позиция СССР по актуальным вопросам. В ней говорилось:

«Задача народов и всех государств, вынужденных вести навязанную им войну против гитлеровской Германии и ее союзников, состоит в том, чтобы добиться скорейшего и решительного разгрома агрессоров (выделено авт.), мобилизовать и отдать для наиболее полного решения этой задачи все свои силы, все свои средства, определить наиболее эффективные способы и методы осуществления этой цели. Эта задача объединяет в данный момент наши страны…»33

В связи с ухудшением обстановки на фронте Сталин 3 сентября отправляет личное послание Черчиллю, в котором вновь ставит вопрос об открытии второго фронта на Балканах или во Франции, а также о ежемесячной минимальной помощи поставками самолетов, танков и алюминия. (Первый раз речь о втором фронте шла в переписке Сталина и Черчилля 18 и 21 июля 1941 г.)

Черчилль отвечает Сталину 6 сентября:

«…в настоящее время нет никакой возможности осуществить такую британскую акцию на Западе (кроме акций в воздухе), которая позволила бы до зимы отвлечь германские силы с восточного фронта. Нет также никакой возможности создать второй фронт на Балканах без помощи Турции»34.

В ответном послании Сталин выдвигает новое предложение: перебросить 25–30 английских дивизий в Архангельск или через Иран в южные регионы СССР для совместных действий с советскими войсками по примеру сотрудничества России с Францией в Первую мировую войну. На это предложение Черчилль не ответил, а 19 сентября сообщил, что для высадки в Норвегии «…мы не располагаем ни военными силами, ни судовым тоннажем для осуществления этого проекта»35, и предложил провести 25 сентября трехстороннее совещание по вопросам поставок.

Важным событием в военном сотрудничестве СССР и Англии стала ликвидация угрозы пронемецкого переворота в Иране. Согласованные дипломатические акции и последующий 15 сентября 1941 г. ввод войск в Иран с севера Советским Союзом, а с юга Англией установил совместный контроль в этом стратегически важном районе как для СССР, так и для Англии.

Серьезным шагом в формировании коалиции стала Московская конференция представителей СССР, Великобритании и США, проходившая с 29 сентября по 1 октября 1941 г. Результаты переговоров отражены в протоколе, по которому США и Англия обязались ежемесячно (выделено авт.) поставлять СССР 400 самолетов, 500 танков, зенитные и противотанковые орудия, алюминий, олово, свинец и другие материалы. Советский Союз выразил готовность снабжать Англию и США сырьем. Конференция показала стремление государств к совместной борьбе. В развитие решений конференции правительство США распространило на СССР с 7 ноября действие закона о ленд-лизе и предоставило беспроцентный заем в 1 млрд. долл.

Подписание документов конференции по вопросу о военных поставках представителями СССР, Великобритании и США. Москва, октябрь 1941 г.

Критическая обстановка, складывающаяся на московском направлении в ходе наступления фашистских войск в октябре 1941 г., вызвала острую необходимость в срочной военной помощи, о чем Сталин писал Черчиллю еще 13 сентября, но ответа не получил. Сталин 8 ноября направил Черчиллю послание, в котором резко поставил вопрос о необходимости внести принципиальные изменения в советско-английские отношения, чтобы обеспечить взаимное доверие. Для этого требуется договоренность о целях войны и планах организации мира после войны, а также заключение договора между СССР и Великобританией о военной взаимопомощи в Европе против Гитлера. Ответ Черчилля последовал только 22 ноября, в котором он сообщал, что готов направить в Москву министра иностранных дел Идена для обсуждения этих вопросов. В германских военных кругах в это время уже назревала мысль о целесообразности заключения мира с Советским Союзом в сложившихся благоприятных условиях36.

Крах «блицкрига» под Москвой. Изменение стратегического характера Второй мировой войны

Решающее сражение года — операция «Тайфун», имеющая целью захват Москвы и завершение плана «Барбаросса» до конца 1941 г., началась 30 сентября. В наступлении группы армий «Центр» участвовало 74 дивизии — 1800 тыс. человек (24 % от общего числа), 1700 танков (75 %), около 1390 самолетов и бóльшая часть разведывательно-подрывных органов. В октябре гитлеровские войска прорвали фронт и по нескольким направлениям стали продвигаться к Москве, стремясь охватить ее с севера и юга. Западнее Вязьмы противник окружил соединения четырех армий Западного и Резервного фронтов, создалась угроза его выхода к Москве. Окруженные войска вели мужественную борьбу, сковав 28 вражеских дивизий, что обеспечило выигрыш во времени для укрепления обороны на подступах к столице. Часть войск прорвалась из окружения, часть влилась в партизанские отряды, наибольшая — погибла или попала в плен.

Положение было настолько опасным, что в середине октября из Москвы эвакуировали ряд государственных учреждений. Сталин и другие советские руководители остались в Москве, принимая все меры для защиты столицы и разгрома наступающих войск врага, а 7 ноября состоялся исторический парад на Красной площади, где с трибуны Мавзолея В.И. Ленина к бойцам, уходящим на защиту Москвы, Сталин обратился со словами:

«…На вас смотрит весь мир, как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков… Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков — Александра Невского, Дмитрия Донского, Козьмы Минина, Дмитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова! Пусть осенит вас победоносное знамя Ленина!»37

Героической борьбой советских воинов, москвичей и жителей Подмосковья враг в начале декабря был остановлен у стен города, а 5–6 декабря Красная Армия неожиданно для противника перешла в мощное контрнаступление. Гитлеровские войска стали отступать, неся большие потери. В решающем сражении 1941 г. немецко-фашистская армия потерпела сокрушительное поражение, первое с начала Второй мировой войны.

Посол Англии в Москве С. Криппс оставил в своем дневнике такой важный вывод:

«…Теперь, после славной победы под Москвой, никто не может утверждать, что советский режим является прогнившим или подрывающим жизненно важные основы собственной страны. Нет! Если бы не этот режим и все то, что было сделано в этой стране за последние 20 лет, Гитлер, безусловно, сумел бы завоевать всю Европу, и наши шансы на победу равнялись бы нулю (выделено авт.)…»38

Вот красноречивый ответ современным антисоветчикам.

Победа под Москвой, завершившая трагические события 1941 г., имела историческое значение.

  • Рухнул план «молниеносной войны» против СССР. Советский Союз устоял против мощнейшего натиска гитлеровской военной машины в наиболее тяжелых условиях начального периода войны.
  • Под Москвой впервые остановлено победное шествие фашизма по Европе в то время, когда в мире не было другой военной силы, способной преградить ему путь к мировому господству.
  • Победа под Москвой изменила стратегический характер Второй мировой войны. Вместо серии кратковременных победных военных кампаний агрессоров она превратилась в длительную вооруженную борьбу с использованием превосходящего военно-экономического потенциала складывающейся антифашистской коалиции.
  • Разрушен миф о «непобедимости» гитлеровского вермахта. Народы оккупированных стран увидели в СССР силу, способную разгромить фашизм. Это стало стимулом к развертыванию активной борьбы сил Сопротивления.
  • Победа под Москвой способствовала созданию военного союза СССР с Англией и США.

Фашистской Германии впервые нанесен значительный ущерб. С 22 июня по 31 декабря 1941 г. только сухопутные войска потеряли свыше 830 тыс. человек, до 2765 танков и штурмовых орудий. Боевая мощь вермахта была подорвана, надежды на скорую победу утрачены.

Этот исторический вклад в борьбу с фашизмом стоил советскому народу больших жертв и лишений. С июня по декабрь 1941 г. потери Красной Армии и ВМФ убитыми, пленными и пропавшими без вести составили 3 млн. 138 тыс. человек; утрачено огромное количество вооружения и боевой техники39. Громадный ущерб нанесен экономике страны, мирное население в оккупированных районах подверглось массовому уничтожению, голоду и болезням.

Таковы трагические последствия вероломной агрессии фашистской Германии против СССР, совершенной в условиях разобщенности антифашистских сил. Советский Союз, уйдя в 1939 году от угрозы столкновения с фашистским блоком на западе и на востоке, выиграл один год и восемь месяцев для подготовки к войне в экономическом и военном отношениях, но подвергся неизбежной агрессии гитлеровской Германии и ее союзников. Однако СССР не остался в одиночестве, вступил в борьбу в составе складывающейся антифашистской коалиции, имея более мощные вооруженные силы и лучшие стратегические позиции, чем в 1939 году. Это позволило не только выдержать удар агрессора в тяжелейших условиях нападения, но и изменить весь ход Второй мировой войны.

Через горькие поражения англо-французской коалиции, после захвата Германией стран Европы и угрозы завоевания фашизмом мирового господства в случае поражения СССР западные державы пришли к необходимости создания вместе с Советским Союзом антифашистской коалиции, окончательно сложившейся после агрессии Японии на Тихом океане и вступления США во Вторую мировую войну. 

Глава из книги преподователя Рабочего университета Л. И. Ольштынского Разгром фашизма. СССР и англо-американские союзники во Второй мировой войне (политика и военная стратегия: факты, выводы, уроки истории)

19. Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. Исторические очерки. Документы и материалы. Т. 2: Агрессия против СССР. Падение «третьей империи». 1941–1945 гг. Документ № 19.— М.: Наука, 1973. — С. 86.

20. Дашичев В. И. Банкротство стратегии германского фашизма. Исторические очерки. Документы и материалы. Т. 2: Агрессия против СССР. Падение «третьей империи». 1941–1945. Документ № 7. — М.: Наука, 1973. — С. 40–41.

21. Фалин В.М. Второй фронт. Антигитлеровская коалиция: конфликт интересов. — М., 2000. — С. 186.

22. Батлер Дж. Указ. соч. — С. 497.

23. Вторая мировая война. Краткая история. — М., 1985. — С 117.

24. Стратегический очерк Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. / Отв. ред. ген. — лейт. С.П. Платонов. — М., 1961. — С. 174–176.

25. Филиппов А. О готовности Красной Армии к войне в июне 1941 г. // Военный вестник (АПН). 1992. № 9. — С. 3–8.

26. Проэктор Д. М. Агрессия и катастрофа. Высшее военное руководство фашистской Германии во Второй мировой войне, 1939–1945. — М., 1968. — С. 251.

27. Гальдер Ф. Военный дневник. — М., 1970. Т. 3, кн. 1. — С. 264.

28. История Второй мировой войны 1939–1945. В 12 т. — М., 1975–1982. Т. 4. — С. 90–91.

29. Батлер Дж., Гуайер Дж. Большая стратегия. Июнь 1941 — август 1942. — М., 1967. — С. 83.

30. Шервуд Р. Рузвельт и Гопкинс. Глазами очевидца. — М., 1958. Т. 1. — С. 495–496.

31. Черчилль У. Вторая мировая война. — М., 1991. Кн. 2. — С. 176.

32. Шервуд Р. Указ. соч. — С. 509.

33. Внешняя политика Советского Союза в период Великой Отечественной войны. Документы и материалы В 3 т. — М., 1946. Т. 1. — С. 163–166.

34. Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. 2-е изд. — М., 1989. Т. 1. — С. 19. (Далее: Переписка…)

35. Переписка… Т. 1. — С. 33.

36. Проэктор Д. М. Указ. соч. — С. 287.

37. Сталин И. О Великой Отечественной войне Советского Союза. — М., 2002. — С. 37.

38. Новая и новейшая история. 1991. № 3. — С. 144.

39. Гриф секретности снят. — С. 147, 351–359.