На ферме ООО «Заря» в деревне Пакшеньга Вельского района (Архангельская область) – критическая ситуация: погибает бывший передовик областного агропрома. Коровам, в числе которых элитные «иностранки» из Голландии, не хватает корма, работники не получают зарплату. Собственники потеряли интерес к предприятию, а власти забили тревогу, когда исправить что-либо уже сложно.

«С декабря 2009 года коровник заброшен, оставшиеся без еды и ухода животные стоят в своих стойлах по туловище в навозе, отмораживают ноги и вымя. У коров в глазах стоят слезы. Помогите! Отсчет идет на часы!».

Как оказалось, ни в одном слове письма преувеличения нет.

Молочный ручеек

Прежде ООО «Заря» было колхозом-миллионером. Образцовым это хозяйство должно было стать и сейчас. Все предпосылки имелись: Пакшеньга – всего в 40 км от райцентра, луга для заготовки кормов под рукой, своя делянка и главное - два крупных стада коров холмогорской и голштино-фризской породы и оборудование, о котором на других фермах и не мечтают. Казалось бы, работай и получай рекордные удои...

В полутемном помещении, где живут «взрослые» коровы, два зала. В одном - сотня грустных «иностранок» из Голландии. Они от природы худые, а сейчас на боках животных легко пересчитать кости. «Белую» подстилку в стойлах они давно не видели: стоят по колено в навозе.

О покупке голландских коров по нацпроекту в 2007 году радостно сообщали десятки СМИ: начинался проект, уникальный для Северо-Запада России. На родине этим особо молочным коровам обеспечивают особый уход и кормление полезными энергетическими добавками. Сначала и здесь их потчевали нужными кормами. Но, оказалось, содержать «барынь» и расплачиваться по кредитам, в том числе на их покупку (14 млн. рублей), накладно. Поэтому пришлось в июле 2009 года продать 60% акций предприятия инвесторам из Вологды, которых нашли и посоветовали областные чиновники.

«Планировалось, что с приходом этой компании придут не только инвестиции, но и сократятся затраты: новый владелец – фирма «Агроторг» - занимается поставкой кормов. Они и обещали поставлять корма и топливо дешевле», - говорит директор по развитию ООО «Заря» Александр Прилучный.

Инвестиций ферма не дождалась. А оставшиеся в меньшинстве местные учредители повлиять на ситуацию не могут.

Настоящие хозяйки фермы, женщины, которые кормят коров, чуть не плачут: «иностранки» едят то же, что и прочие рогатые обитатели хозяйства, сено и силос.

«Комбикорма нет с середины января. Отруби закончились. Вот так всегда: просишь у вологодских корм - вместо него везут сухую барду. Потому и коровы худенькие», - разводит руками зоотехник Оксана Молчанова, кивая в сторону понурого стада.

В первое время завезенные коровы молока давали как холмогорки-рекордсменки, до 30 литров в день. Сейчас средний показатель – пять литров за сутки.

«Запустить» коров можно за считанные дни, если нет нормальных кормов. А чтобы поднять надои, нужны месяцы», - говорит зоотехник.

В помещении с табличкой «Комната отдыха» на стене – плакаты с упитанными, ухоженными коровами. А на столе у заведующей фермой – тетрадь с цифрами. По ним видно, как резко пошла вниз кривая надоев с прошлого года. «Умная» система в доильном зале, которая считывала информацию с датчиков на шее коров и выдавала показатели надоев, не работает: задолжали сервисному предприятию за обслуживание.

  Из 165 голландок на ферме осталось 103. За два года многие умерли от болезней, от тяжелых родов (такая же картина, заметим, наблюдается на многих предприятиях страны, куда по нацпроекту взяли голландский скот). Но такого падежа, как в последний месяц, не было.

Меньше стало и холмогорок. Их жалеют еще больше, чем «иностранок»: свои, родные. Они такие же тощие из-за того, что постоянно стоят в холодной жиже, у них болят ноги и вымя.

«Его доярки и нащупать не могут – молока почти нет», - сетует Оксана Молчанова.

Сена и силоса на ферме хватит ненадолго: летнюю заготовку кормов сорвали. Как здесь говорят, по вине вологодского учредителя. Не поставил на ферму пленку, чтобы закрыть траншею с силосом, - корм начал гнить, пришлось срочно давать его коровам. И это летом, вместо сочной травы.

«Это же просто вредительство», - возмущаются на ферме.

Смерзшееся сено, сложенное по указке «инвестора» не в сарай, а близ фермы в рулонах («..в Вологде все так делают»), можно колоть топором: доярки для этого зовут из деревни мужиков с ломиками.

Работа «за еду»

Новый генеральный директор «Зари» Сергей Вадурин здесь почти не бывает и часто не берет трубку мобильного.

«В январе он сказал: не хотите – не кормите и не доите коров», - возмущается Оксана Молчанова. Работников такой подход шокировал. И все равно, даже не получая за свой труд денег, они в праздники приходили на ферму.

В «Заре» осталось семеро из 30 сотрудников. Остальные ушли, - все равно не платят. Хотя больше устроиться в Пакшеньге негде: реабилитационный центр, школа, детсад, пекарня и магазин – места везде заняты.

«У одной доярки двое детей. За детсад младшей девочки платить нечем – ребенок сидит дома», - приводят здесь пример.

Мои собеседники говорят, что работают они на голом энтузиазме: жалко коров бросить. Прежде доярка получала здесь не меньше 10 тысяч, с 2009 года всем установлена равная зарплата в размере МРОТа - 5,9 тысячи рублей. Последний раз платили в августе прошлого года (этот факт уже заинтересовал прокуратуру). Начислялся ли заработок с тех пор – не знают: юридический адрес, бухгалтерия «Зари» и даже трудовые книжки переехали в Вологду.

В декабре 2009 года из областного бюджета предприятию выдали субсидию в 540 млн. рублей с расчетом, что основная часть средств пойдет на погашение долгов по зарплате. Но «Заре» перепало менее пятой части этой суммы. «Инвестор» привез листочек – ведомость без даты и подписи, по которой люди получили кто по полторы, кто по три с половиной тысячи рублей.

Встанет ли «Заря»?

Прокуроры и чиновники, пытаясь объяснить, что произошло с перспективным предприятиям, часто употребляют слова «халатность» и «непродуманность». Этих грехов хватает и у старых, и у новых собственников.

Действительно, кредиты брались бесконтрольно. С 2006 по 2008 годы «Заря», участник нацпроекта развития АПК, взяла у Россельхозбанка четыре кредита на сумму в 38 млн. рублей, говорит прокурор района Михаил Бохинский.

«До июля прошлого года хозяйство справлялось с платежами по процентам и гашением кредита. С момента продажи доли все отношения с банком новыми владельцами были прекращены», - отмечает директор Архангельского отделения Россельхозбанка Владимир Аксенов. Сейчас, по его словам, долг «Зари» составляет почти 29 млн. рублей, поэтому банк заинтересован в сохранении предприятия и восстановлении его платежеспособности.

На данный момент старые и новые учредители при помощи областных и районных властей достигли некоторых договоренностей. В частности, руководителем предприятия планируется назначить местного человека, лучше всего – из тех, кто сейчас работает на ферме. Ему необходимо дать право подписи и распоряжаться частью средств предприятия. Правда, этого решения ожидали еще неделю назад.

Также планируется перерегистрировать «Зарю» вновь на территории Вельского района.

Не удастся избежать и болезненных для предприятия и его работников мер: решено пустить часть скота под нож. Ветеринары обследуют стадо, и тех коров, чью продуктивность уже не восстановить, отправят на утилизацию. По предварительным подсчетам, «Заря» лишится 40% поголовья. На вырученные от забоя скота средства купят корма, ГСМ и выдадут зарплату. Кроме того, помочь сеном обещают соседние предприятия.

Без ответа пока остается главный вопрос: будет ли жить предприятие дальше? Сейчас коров накормят, но деньги закончатся быстро, а многомиллионные долги останутся.

Прокуратура района завела несколько уголовных и административных дел по ситуации на ферме. Тем временем, жители Пакшеньги и работники хозяйства намерены подать на владельцев «Зари» в суд за жестокое обращение с животными. Эти процессы - непростые, доказательную базу собрать сложно, но люди настроены решительно. Правда, очевидно, что значительная часть замученных коров развязки этого дела уже не дождется.

Анна Беляева

www.baltinfo.ru